ЗАЧЕМ УТЕМУРАТОВУ БОТАНИЧЕСКИЙ САД

В предыдущих двух постах я рассказал об обсуждении концепции реконструкции Главного ботанического сада, которую планируют провести с участием акимата и благотворительного фонда Булата Утемуратова.

В частности, о том, что директор сада Гульнара Ситпаева и руководитель управления природных ресурсов и регулирования природопользования Асет Масабаев во всеуслышание заявили, что земля «Ботика» отчуждаться не будет и форма собственности на нее не изменится. Акимат, как обещают, возьмет на себя содержание территории.

Один из подзаголовков я назвал «Призрак Кокжайлау» — из-за земельного вопроса, который вызывал у меня наибольшую тревогу и в проекте ботсада. Ситуация с ним более или менее прояснилась.

Но приведенное сравнение с КЖ не означает, что я ставлю знак равенства между проектами застройки урочища и реконструкции сада и своим отношением к ним.

Любое обобщение такого рода чревато, поскольку каждый подобный проект состоит из суммы разных факторов.
 
ОСНОВАНИЯ ДЛЯ ПРЕДУБЕЖДЕНИЯ

Реализация проекта КЖ началась больше шести лет назад. Здесь речь идет о застройке нетронутой и уникальной ПРИРОДНОЙ территории.

Деньги в колоссальном объеме вкладываются пока только государственные.

Поначалу общественность не подпускали к проекту на пушечный выстрел, теперь ее участие лишь имитируется.
Сам я стал вникать в тему курорта «Кокжайлау» только в этом году, когда определенная репутация проекта уже сложилась. И по отношению к нему я занял недвусмысленную позицию.

Более того, провожу свое расследование, которое включает в себя уже около полусотни глав, опубликованных на Ratel.kz и в фейсбуке.

И его результаты, а также анамнез проекта дают мне некоторые основания относиться к действиям акимата в нем с известным предубеждением.
 
АРИСТОКРАТИЧЕСКИЙ ДЕКАДАНС


Ботанический сад – РУКОТВОРНЫЙ объект. Я больше 35 лет живу поблизости от него, часто там гуляю. Весной наслаждаюсь одуряющими запахами розовых клумб на главной аллее и цветением Японского сада (кстати, безвозмездно разбитого компанией JTI). Осенью собираю боярышник, ровным покровом устилающий дорожки.
Но и вижу, что сад запущен. Как старый аристократ, оставшийся без средств. Пустые и сухие водоемы, дырявые заборы, растрескавшийся асфальт на тропинках, буйный подлесок, горы валежника.


Конечно, кто-то может ностальгически восхищаться и этим упадком. Если никогда в жизни у себя дома не делал ремонт, а предпочитает лежать на диване и писать комменты в фейсбук.


Лично у меня никаких сомнений в необходимости благоустройства ботанического сада нет.
Однако отношение к общей идее реконструкции и к конкретному проекту реконструкции – немного разные вещи. Потому что во втором случае важно, кто в этом участвует.

Свои тревоги по поводу роли акимата в проекте я высказал в предыдущем посте. В ходе обсуждения их не то чтобы целиком опровергли, но частично и на время сняли. Не буду их забывать, но и не стану на них зацикливаться – чтобы не тормозить текст.

Надежды и ожидания еще одного участника проекта – администрации ботанического сада – велики и понятны.
Появление третьего игрока – благотворительного Фонда Булата Утемуратова – создает принципиально новую расстановку фигур на шахматной доске. В отличие от проекта КЖ, где некие силы в Астане (знал бы точно — назвал бы) просто используют акимат, как «торпеду», чтобы продавить курорт.

Но, прежде чем рассказать о Булате Джамитовиче и его фонде, напомню вам о другом благотворительном проекте, который закончился крахом.
 
КАК НАМ РЕОРГАНИЗОВАТЬ АЛЬКАТРАС

Всем известно, что зоопарк Алма-Аты – тюрьма Алькатрас для животных.
Несколько лет назад бизнесмен Раимбек Баталов (Raimbek Batalov) решил привести городской зверинец в божеский вид.

Подтянул друзей-предпринимателей, которые взяли кураторство над конкретными вольерами. Создал фонд помощи зоопарку и созвал попечительский совет. Привозил из-за рубежа ветеринаров – лечить зверей-доходяг. Нанял немецких архитекторов, чтобы разработали проект зоопарка международного уровня. Я видел эскизы – они впечатляли.
Однако «тиргартен» продолжал находиться в управлении акимата.


Прежний директор зоопарка Канат Каримов пришел из акимата Павлодарской области. С 2009-го по 2013 год возглавлял там управление культуры, затем руководил аппаратом главы региона. Которым тогда был Ерлан Арын. Его осудили за получение взяток и мошенничество. Тогда хлопнули многих из команды акима. А Канат Сарсенович счастливо убежал такой судьбы. Подальше от людей, поближе к животным. Они не проговорятся, если что.
Ежегодный бюджет зоопарка составляет $3-4 млн. На чем там можно делать деньги? (Никого персонально не обвиняю – просто говорю о возможностях.) На продаже животных для частных зверинцев, шкур, яиц, кормах, закупке бесполезных БАДов. Хлебное, в общем, место.


В 2008-2014 годах здесь погибли шесть снежных барсов. Их шкуры испарились неизвестно куда.

В 2012-2016 годах там вымерли 570 животных. В 2016-м в зоопарке содержалось более 5100 особей разных видов. Значит, в мир иной отправился каждый девятый брат наш меньший. Или сестра. Официально утверждается, что 85 процентов встретили смерть по естественным причинам. Даже если верить этой цифре, выходит, 85 животных пали по болезни. Либо их уморили.

А 2016-й стал совсем черным. В мае в муках скончалась тигрица Куралай. 5 октября был отравлен родившийся в неволе, в нашем зоопарке, жираф Мелман. По другой версии, ему сломали шею, когда запихивали в вольер. 8 октября пал сайгак – в заключении о причине смерти написали «ввиду испуга». 9 октября от прободения язвы умерла обезьяна Лола. 11 октября погибла единственная в зверинце самка гепарда со сломанной лапой, гниющей мордой и целым букетом болезней. Ей было шесть лет, в дикой природе эти кошачьи живут в три-четыре раза дольше.Повторюсь: к управлению зоопарком и уходу за зверями Баталов отношения не имел. Лишь пытался их спасти. Главный ветврач Московского зоопарка Михаил Альшинецкий, специально приглашенный Раимбеком, вынес неутешительный диагноз не только животным, но и персоналу.

Алматинские ветеринары не проводили регулярные исследования больных животных, не делали им анализ крови. Установленные у клеток, на открытом пространстве ионизаторы бесцельно гоняли воздух. А зверей зачем-то пичкали БАДами, от которых им никакого толку.

Тем временем началась кампания против самого Баталова.

Из «общественности» громче всех было слышно одного «защитника природы и животных», назовем его «поп Гапон». Лозунги оригинальностью не отличались: «Олигархи хотят захватить зоопарк ради земли!»

Я не склонен усматривать во всех поступках людей корыстную мотивацию. Но если бы имел доказательства, что «Гапон» отрабатывает таким образом грант, так бы и написал: он харчуется у фонда, например, Сороса. Но, поскольку их не имею, то готов поверить, что «защитник» дизелил по велению души.

Как бы то ни было, это его веление акимат технично обратил против Раимбека: извини, общественность насчет тебя возражает.

Потом пошли какие-то нуротановские проверки. И в итоге Баталова с компанией от зоопарка оттёрли.
Правда, в целях равновесия Каримова в ноябре 2016-го тоже ушли.


На его место был назначен Ержан Еркинбаев. С 2005 года он работал в компании «Capital Partners» — директором отдела по развитию проектов компании, управляющим директором. В 2009 году стал гендиректором ГЛК «Шымбулак». В 2013-м акимат передал каток «Медео» в доверительное управление. Еркинбаев вывел его на самоокупаемость. Сразу видно, деловая хватка у человека.


А главное, лоялен к акимату. Сужу по тому, что в старом проекте КЖ акиматовское ТОО «ГЛК «Кокжайлау» возглавлял Александр Гужавин, гендиректор той же компании — «Capital Partners», которую прочили в застройщики. Не исключаю, что она еще нарисуется и в новом проекте курорта.


Давно не был в зоопарке. Если кто был, подскажите: там уже реализовали проект международного уровня?
 
ЧЕЛОВЕК ИЗ «БЛИЖНЕГО КРУГА»

Прошу прощения за длинную историю о том, как Раимбек Баталов хотел сделать городу подарок и что из этого вышло.
На мой взгляд, она весьма поучительна. И ее проекция на проект реконструкции ботсада, конечно, напрашивается: ведь Фонд Булата Утемуратова тоже хочет оказать Алма-Ате благотворительность на 15 миллионов долларов.
Но не будем спешить с выводами. Еще раз повторю: всякое обобщение – это ловушка.
Разница начинается с фигур бенефакторов, то есть благотворителей.

Раимбек Баталов – представитель плеяды бизнесменов-«младотюрков», которые поднялись в начале 1990-х благодаря своим талантам, хотя и тогдашнее отеческое покровительство президента не будем сбрасывать со счетов.
Поколбасило это поколение изрядно. Как говорится, иных уж нет, а те далече. Уцелели, кто не вмешивался в политику. И сейчас их влияние в экономике и в элите, мягко говоря, ограничено.

Булат Утемуратов – совсем другой коленкор. Он олицетворение противоположного тренда: не «бизнес рвался во власть», а «власть села в бизнес».
Проиллюстрирую его кратким CV.
Родился в Гурьеве в 1957. В 1981 окончил нархоз.
Преподавал, работал в торговле. В 1986-1990 — зампред Советского райисполкома Алма-Аты. В 1990-1999 – трудился в Госкомитете, затем Министерстве по внешнеэкономическим связям, гендиректором Казахского торгового дома в Австрии. С 1993 — замминистра внешнеэкономических связей, первый замминистра промышленности и торговли РК, посол в Швейцарии.

С конца 1990-х – в «ближнем круге» главы государства.
Помощник президента РК по внешнеполитическим и внешнеэкономическим вопросам. Секретарь Совбеза. Управделами президента. Внештатный советник президента. Спецпредставитель президента по вопросам сотрудничества с Киргизией.
В 2013 окончательно оставил официальные должности.


В бизнесе тоже сделал себе имя. Вот что писал о нем журнал Forbes Kazakhstan в мае 2018 года:
«4 строчка в рейтинге 50 богатейших бизнесменов Казахстана – 2018.
Состояние — $ 2,6 млрд (ГМК, финансы, телеком, гостиничный бизнес).
88,45% ForteBank принадлежат Булату Утемуратову. На 1 марта 2018 года банк занимал пятое место среди БВУ Казахстана по активам, которые составили 1,4 трлн тенге, увеличившись с прошлого года на 12%. Собственный капитал составил 180,7 млрд тенге.


Кроме этого, Булат Утемуратов через группу компаний «Верный Капитал» владеет миноритарным пакетом Glencore Plc, контролирует 25% ТОО «КаР-Тел» и 49,9% ООО «Sky Mobile» (операторы связи «Билайн» в Казахстане и Кыргызстане).
Общий размер активов под управлением ГК «Верный Капитал» составляет около $4 млрд, последние три года внутренняя норма доходности (IRR) по группе равна 54%.


Управляющая компания владеет информационно-аналитическим интернет-порталом Informburo.kz, ТРК «31 канал», оператором медиарекламного рынка «Vi Казахстан», отелями Ritz-Carlton в Астане, Вене и Москве, отелем Rixos Borovoe, франшизой фастфуда Burger King в Казахстане, девелоперской компанией Global Development, компанией «Южно-Кыргызский цемент» и аэропортом Сары-Арка в Караганде» (конец цитаты).


Сами понимаете: если Фонд Булата Утемуратова решил зайти в ботсад, вытеснить его оттуда акимату будет не так просто, как Баталова из зоопарка. Даже если акимат захочет. Но он вряд ли захочет играться с Булатом Джамитовичем и благословлять на него «гапонов». У этих двух бизнесменов слишком разные весовые категории.


 
ПОЧЕМУ ЛЮДИ «МЕЦЕНАТЯТ»

Поговорим теперь о благотворительности.
На Западе бескорыстная помощь бизнеса (и не его одного) нуждающимся выросла и окрепла не только благодаря лучшим человеческим качествам отдельных граждан, но и налоговым послаблениям за эту деятельность. А затем она стала и неотъемлемой частью общественной культуры.

На постсоветском пространстве природа благотворительности несколько иная.
Я не циник и в качестве первой мотивации назову искренний душевный порыв – благо творить. Яркое доказательство – Добровольное общество милосердия Аружан Саин (Aruzhan Sain).

Второй резон, тоже по-человечески понятный, — замаливание грехов, отбеливание черных кобелей.
Третий – когда старшие по возрасту или положению товарищи просят или «нагинают»: разоружись перед партией. По-простому – расчехляйся.


И, наконец, самая рациональная причина благотворительности.
Когда состояние бизнесмена давно превысило мыслимые личные потребности, а внутренний рынок ему тесен и жмёт, тогда у него возникает естественное желание экспансии – стать международным игроком.

А на Западе главными активами человека считаются не только заводы, газеты, пароходы, но и прежде всего – репутация. То есть не только твои деньги должны быть чистыми и легальными, но и сам ты обязан соответствовать принятым стандартам. И человек начинает «меценатить».

Какие драйверы из перечисленных ведут Булата Утемуратова – мне неведомо, ибо чужая душа потёмки. А строить версии – дело комментаторов.

Но факт, что благотворительностью он занимается давно и целенаправленно. Перечислять все проекты не буду, я не его пиарщик, если интересно – погуглите. Или вспомните, по чьей вине в Казахстане пошел в гору большой теннис.
 
ИДИТЕ В САД!

Я не «топлю» ни за, ни против участия Фонда Утемуратова в проекте реконструкции ботсада. Вообще никого ни за что не агитирую. Сам в раздумьях. И просто размышляю вслух на людях.

Для начала попробую воздержаться от предвзятости: проект-то совсем новый.
С чего начали его участники?

Акимат уже подсуетился, чтобы перевести общественную зону сада то ли в «управление», то ли в «ведение», то ли в «коммунальную собственность». Выяснилось, что земля отчуждаться не будет, и пока на том спасибо.

Фонд разработал концепцию и первым делом показал ее на общественном совете в присутствии журналистов и активистов. Когда такое было? Может, в «Кокжайлау»? Да нет, было разок. Проекты реконструкции трамвайного депо на интернет-голосование ставили. И всё, пожалуй.

Могу понять и неприятие бизнесмена априори – только потому, что он из власти, доверие к которой совсем поиздержалось.


В своем праве и записные ораторы кричать: «Олигархи всё хотят отнять!»
Но давайте думать по-врослому.


Иногда полезно вставать на место другого. Вот как бы я размышлял на месте бенефактора: «Решил 15 лямов отстегнуть, чтоб вам культурное место отдыха устроить. А меня за это козлят. Злые вы, уйду я от вас. А вы все идите в сад! В ботанический».

Тоже ведь вероятный сценарий. Если проект начнет в скандалах вязнуть, как «Кокжайлау», – он запросто соскочит. Зачем ему за эту землю цепляться, если источников дохода и так немерено?
 

О БОРДЮРИЗАЦИИ СОЗНАНИЯ

И останемся мы вместе с ботсадом опять наедине с акиматом и торжествующими антиолигархическими кричалками. Как в случае с зоопарком.

А у акимата, который не соскочит из сада теперь ни за что, главная же задача – бордюризация сознания. То есть освоение городского бюджета в разнообразных целях, где сделать людям полезное, красивое и приятное – одна из многих, но, увы, не всегда первостепенная.

К сожалению, у нас есть только два варианта реализации крупных проектов: либо куда бизнес с копытом — туда и акимат с клешней; либо вовсе без копыта. Альтернативы нынешние порядки не предусматривают.

Короче говоря, пока я решил следить за развитием ситуации в ботаническом саду с непредвзятым интересом.
 
ВОПРОС НА ЗАСЫПКУ

Когда уже написал эту главку, в голову пришла неожиданная мысль.

Благотворительный фонд Утемуратова мог бы развеять все сомнения на предмет чистоты своих намерений в ботаническом саду (или, наоборот, усугубить их), если бы его представители (а лучше сам Булат Джамитович) однозначно высказали свою позицию по строительству горного курорта в урочище Кокжайлау.
Это же просто – сказать «за» или «против».


(Продолжение следует. В следующей главе расскажу и покажу, что предусматривает концепция реконструкции ботсада, а также позволю себе некоторые конструктивные предложения.)


Фото: Bloomberg, Дмитрий Каратеев, Концепция реконструкции ботсада.


Вадим Борейко
шаблоны для dle 11.2
+5


Добавить комментарий

Оставить комментарий

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив